Пока российские телеканалы рассказывают о «стабилизации» и «героизме», внутри системы Минобороны объявлена тихая тревога. 

Один документ констатирует факт: в военном госпитале лабораторно подтверждён случай менингококковой инфекции — крайне заразного и смертельно опасного заболевания, вызываемого бактерией Neisseria meningitidis. Инфекция передаётся воздушно-капельным путём, особенно опасна в закрытых коллективах и способна за часы перейти в молниеносный менингит или менингококцемию с сепсисом.

Второй документ, адресованный военно-медицинским управлениям всех ключевых округов (МВО, ЛенВО, ЦВО, ЮВО, ВВО), прямо указывает на особую угрозу для госпиталей, принимающих раненых из зоны СВО. Командование признаёт: у этого контингента резко снижен иммунитет из-за тяжёлых ранений, кровопотери, множественных операций, постоянного стресса и хронической перегруженности лечебных учреждений.

Что требует Тришкин от подчинённых? Жёсткие, фактически военные противоэпидемические меры. Но почему это пытаются скрыть? Потому что признание эпидемии в военных госпиталях — это крах официальной картинки. Раненые, которых пропаганда объявляет «спасёнными» и «восстанавливающимися», вместо выздоровления попадают под новую угрозу. Переполненные палаты, дефицит коек, ослабленные организмы — идеальная среда для быстрого распространения инфекции. Смертность при тяжёлых формах менингококка даже при лечении достигает 10–20 %, а у ослабленных пациентов — значительно выше. Многие случаи можно будет легко списать на «осложнения после ранений».

Запрет посещений родственников — особенно показателен. Это не просто мера безопасности. Это способ не допустить, чтобы жёны, матери и отцы увидели реальное состояние своих близких, сняли видео или начали задавать неудобные вопросы. Информация остаётся внутри системы, циркулирует только по закрытым каналам.

Это не единичный инцидент на фоне общего роста заболеваемости менингококком в России в 2025 году. Но именно в армии, где люди живут и лечатся в тесноте, риски многократно выше. Вместо открытого предупреждения семей военнослужащих и мобилизации дополнительных ресурсов — классическая тактика МО РФ: замалчивание, внутренние циркуляры и надежда, что «само рассосётся» или спишется на что-то другое.

Пока общество кормят реляциями о победах, в тыловых госпиталях может разгораться новая эпидемия, которая добивает тех, кого не добила война. Сколько уже было скрытых смертей? Сколько будет ещё?

Министерство обороны снова выбирает не лечение проблем, а их сокрытие. Но вопросы придётся задавать уже не только медикам в погонах.